2.6.3. Дифференциация в группах и коллективах

Люди, входящие в группу, не могут там находиться в одинаковых позициях по отношению друг к другу и к тому, чем занята группа. Каждый член группы в соответствии со своими деловыми и личностными качествами, своим статусом, т. е. закрепленными за ним правами и обязанностями, которые свидетельствуют о его месте в группе, престижем, который отражает признание или непризнание группой его заслуг и достоинств, имеет определенное положение в системе групповых межличностных отношений. К одному из учеников относятся как к признанному авторитету во всем, что касается спорта, к другому — как к мастеру посмешить и организовать какую-нибудь шалость; с одним можно хорошо и искренно поговорить о серьезных проблемах, с другим вообще не о чем говорить; на одного можно положиться как на самого себя, другому нельзя довериться ни в чем. Все это создает достаточно пеструю картину групповой дифференциации в школьном классе, где каждый ученик имеет определенный статус и престиж.

Когда, например, в класс приходит новый педагог, директор школы или заведующий учебной частью сразу же знакомит его с тем, “кто есть кто” в классе, обозначая дифференцированную картину статусов отдельных учащихся, выделяя отличников и неуспевающих, актив класса и “болото”, злостных нарушителей дисциплины, лучших спортсменов и т. д. Обо всем этом педагогу необходимо знать, однако следует иметь в виду, что за этой легко различаемой извне дифференциацией лежит незримая картина межличностных предпочтений и выборов, престижа и статусов, которые обнаруживаются либо в результате длительного, систематического и пристального педагогического наблюдения, либо путем экспериментального изучения.

В психологии различаются две основные системы внутренней дифференциации группы: социометрические и референтометрические предпочтения и выборы.

Можно быть хорошим учеником и не пользоваться симпатией товарищей, можно быть среди самых недисциплинированных в классе и оказаться для многих желанным товарищем. Симпатия, эмоциональные предпочтения — фактор существенно важный для понимания скрытой картины групповой дифференциации.

Американским психологом Дж. Морено был предложен способ выявления межличностных предпочтений в группах и техника фиксирования эмоциональных предпочтений, которая была им названа социометрией. С помощью социометрии можно выяснить количественную меру предпочтения, безразличия или неприятия, которую обнаруживают члены группы в процессе межличностного взаимодействия. Социометрия широко используется для выявления симпатий или антипатий между членами группы, которые могут сами не осознавать этих отношений и не давать себе отчета в их наличии или отсутствии. Социометрический метод весьма оперативен, его результаты могут быть математически обработаны и графически выражены (социометрическую карту групповой дифференциации см. на рис. 9).

Рис. 9. Карта групповой дифференциации школьного класса (по Я. Л. Коломинскому). Девочки обозначены кружками, мальчики—треугольниками

В основу социометрического приема положен “лобовой” вопрос: “С кем бы ты хотел?..” Он может быть отнесен к любой сфере человеческих взаимоотношений: с кем бы ты хотел сидеть за одной партой, отдыхать, развлекаться, работать и т. п. Как правило, предлагаются два направления выбора — в области совместного труда и в области развлечений. При этом возможно уточнение степени желательности выбора (весьма охотно, охотно, безразлично, не очень охотно, весьма неохотно) и ограничение числа предлагаемых для выбора лиц. Дальнейший анализ выборов при занесении их на матрицу выбора показывает сложное переплетение взаимных симпатий и антипатий, наличие социометрическнх “звезд” (которых выбирает большинство), “париев” (от которых все отказываются) и всю иерархию промежуточных звеньев между этими полюсами.

Бесспорно, социометрический метод является весьма оперативным и с его помощью может быть достаточно четко выявлена картина эмоциональных тяготений внутри группы, для обнаружения которой путем наблюдений потребовалось бы длительное время.

Любую группу можно интерпретировать как коммуникативную сеть, возникающую в процессе взаимодействия ее членов.

Однако социометрический анализ может дать лишь самое общее описание этой сети коммуникаций. Он никак не продвигает к пониманию того, почему в одних общностях индивид оказывается противопоставленным группе, а в других этих разрывов в коммуникативной сети не обнаруживается.

Систему связей, констатируемую с помощью социометрической техники, нельзя считать неизменной. Сегодняшняя “звезда” завтра может остаться в изоляции.

Социограммы не могут рассказать нам о причинах этих изменений. Остается также неизвестным, какими мотивами руководствовались члены группы, отвергая одних и выбирая других, что скрывается за симпатией и антипатией различных членов группы.

Модель группы как эмоционально-психологического феномена, лежащая в основе социометрических исследований, не дает возможности осуществлять анализ межличностных отношений людей на основе определенных общественно установленных норм, ценностных ориентации и оценок, ибо все сводит к регистрации взаимодействий, взаимных эмоциональных оценок и влечений.

Очевидно, что при таком подходе целенаправленная деятельность группы и ее членов просто не принимается во внимание.

Взаимодействие человека как личности с окружающей средой складывается и осуществляется в системе объективных отношений его производственной и социальной жизни. За реальными связями, объективно складывающимися в процессе взаимоотношений людей, мы обнаруживаем сложную сеть ожиданий, взаимного интереса друг к другу, различных позиций, в которых закрепились межличностные установки. Разумеется, оценка характера и значения объективно складывающихся связей определяется прежде всего благодаря исследованию реальных фактов, действий и поступков людей, объективных результатов их совместной деятельности.

Нельзя делать далеко идущие выводы, опираясь лишь на выясненную картину взаимных предпочтений и взаимного неприятия в группе. Социометрия, фиксируя лишь внешнюю сторону связей, неспособна по самой своей сути открыть природу этих предпочтений.

Знакомство с социометрией позволяет заметить, что ответы испытуемых могут и не отражать действительного основания выбора, а поэтому часто не способствуют отгадке его истинных мотивов, уводят от них.

Возникает вопрос: как выявить в группе действительную внутреннюю динамику взаимоотношений, которая остается скрытой для социометрических методов, позволяющих более быстро и определенно, чем простое наблюдение, обнаружить лишь внешнюю сторону этих отношений? Внешняя картина внутригруппового взаимодействия может рассматриваться как следствие глубинных отношений между членами группы, но социометрия не выясняет причин предпочтения и изоляции.

В связи с этим возникает важная психологическая задача — выявление мотивов, по которым личность готова осуществлять эмоциональный (а также и деловой) контакт с одними членами группы и отвергать других, что можно обозначить как мотивационное ядро выбора в межличностных отношениях.

При прямой постановке вопроса не всегда можно надеяться на искренний ответ, к тому же индивид сам не всегда отдает себе отчет, почему он предпочитает одного человека и не приемлет другого. В связи с этим важное значение для указанных целей приобретает экспериментальное выявление мотивации межличностных выборов на основании косвенных данных.

При разработке методики определения мотивационного ядра выбора были приняты во внимание следующие соображения. Предположим, ученику Ларионову предоставлено право выбрать себе товарища по парте. Какими мотивами он руководствовался, выбирая Ковалева, а не Носова или Смирнова? Все будет зависеть от мотива, которым он будет руководствоваться. Восстановим возможный ход мыслей Ларионова: “Ковалев — веселый, живой... с ним не соскучишься, он даже в самом тоскливом уроке найдет что-нибудь забавное, рассмешит, с ним время проходит незаметно. Вот, правда, он правильно подсказать не сумеет и списывать у него бессмысленно — у него еще больше ошибок бывает, чем у меня. Носов? Он все всегда знает, его тетрадь будет к моим услугам, все можно списать, обо всем непонятном спросить, но с ним на уроке не посмеешься... Кого выбрать?” Очевидно, если выбор падет на Ковалева, то мотивом предпочтения здесь будет веселое времяпрепровождение, если на Носова — корыстная заинтересованность в подсказке.

Все это определяет программу эксперимента. Школьнику сначала можно предложить составить социометрически упорядоченный ряд (инструкция: “Укажи, с кем ты хотел бы сидеть на парте в первую очередь, во вторую, в третью и т. д.”), а затем попросить его составить ряды, упорядоченные по качествам, важным для учебной деятельности и общения (инструкция: “Укажи, с кем в классе тебе бывает всегда весело (в первую очередь, во вторую и т. д.)”). После составления этого ряда новая инструкция: “Укажи, кто в классе может оказать тебе помощь в затруднительных ситуациях учебы (в первую очередь, во вторую и т. д.)”. Если социометрический ряд будет совпадать (или будет близок) с первым рядом, упорядоченным по качествам, то в мотивационное ядро выбора, очевидно, входит мотив комфортного общения, если социометрические выборы окажутся близкими второму ряду — мотив ожидания помощи в учебе. Используя коэффициент корреляции рангов, можно выяснить, насколько сближается с социометрическим рядом один из рядов, упорядоченных по качествам, другими словами — какой из них входит в мотивационное ядро межличностного выбора.

Итак, можно составить упорядоченные ряды применительно к разным достоинствам личности. Если затем выстроить эти ряды в иерархическом порядке и сравнить с тем рядом, который был получен на базе социометрической инструкции, то становится видно, как соответствующие личностные достоинства членов группы входят в мотивационное ядро выбора в социометрическом эксперименте.

Оценка полученных выборов дает возможность, во-первых, выяснить, какие личностные достоинства преимущественно составляют шкалу индивидуальной предпочтительности; во-вторых, выяснить относительный вес каждой из приведенных личностных черт, сопоставляя между собой коэффициенты корреляции; в-третьих, установить группу личностных характеристик, которым соответствуют высокие коэффициенты корреляции. Она-то и образует мотивационное ядро выбора в системе межличностных отношений. Установив его, можно судить о том, какая из потребностей личности доминирует в выборе.

Выявление мотивационного ядра предпочтительности способствует пониманию взаимоотношений всякий раз, когда возникают вопросы, почему социометрическая картина в данной группе именно такова, почему такой-то член группы предпочитает такого-то, почему некоторая часть группы числится в категории “звезд”, а другая — в числе “отверженных”. Важность ответов на эти вопросы для педагога несомненна.

Экспериментально установлено, что содержание мотивационного ядра выбора партнера в структуре межличностных отношений может служить показателем того уровня, которого достигла данная группа как коллектив. На начальной стадии формирования группы выбор характеризуется непосредственной эмоциональной окраской, а ориентации в выборе партнера направлены в большей степени на его внешние достоинства (общительность, внешняя привлекательность, манера одеваться и т. п.). Выбор же в группе более высокого уровня развития осуществляется не только на основании чувств, возникающих при первом впечатлении, но исходя из оценки более глубоких личностных качеств, которые проявляются в совместной деятельности и в значимых для личности поступках.

По мере развития группы как коллектива повышается “цена” таких качеств личности, которые характеризуют мировоззрение и отношение к труду, т. е. особенностей, формирующихся и проявляющихся в совместной деятельности.

При социометрическом подходе к группе основным фактором выбора в системе межличностных отношений являются симпатии и антипатии. Человек выбирает человека потому, что он хочет быть именно с ним: общаться, работать, отдыхать, развлекаться. Однако симпатию нельзя рассматривать как единственное основание для того, чтобы один человек выделял другого, выбирал среди многих, дифференцируя группу по наиболее важным для него признакам.

Одна из важнейших характеристик человека в группе состоит в том, что он обращается к своей группе как к источнику ориентации в окружающей действительности. Эта тенденция является закономерным следствием разделения труда. Каждый участник совместной деятельности заинтересован в оценке ее значимых условий, целей и задач, вклада каждого в общий труд и своего собственного вклада, в оценке своей личности, отраженной в зеркале общего мнения. Все это в наибольшей степени присуще коллективу, где межличностные отношения опосредствуются общим делом, его содержанием и ценностями, производными от требований, которые предъявляет коллективу общество, от общественной идеологии.

В результате активного взаимодействия с другими членами группы, решая конкретные задачи, перед нею поставленные, индивид обретает свои ценностные ориентации. Их усвоение предполагает и своего рода контроль над личностью, реально осуществляемый группой или приписываемый личностью группе. Ориентация на ценности группы, на ее мнение заставляет индивида выделять круг лиц, позиция и оценка которых для него особенно существенны. Эти люди выступают в качестве своего рода призмы, благодаря которой он стремится осуществлять акты социальной перцепции — видеть и оценивать значимые для него объекты, цели, задачи и способы деятельности других людей. Они становятся для него зеркалом, в котором он начинает видеть самого себя. Все это предполагает, очевидно, такой принцип предпочтительности и выборности в межличностных отношениях, который отсутствует в социометрическом изучении.

Люди, которых индивид избирает, чтобы справляться с их мнениями и оценками, и которые служат точкой отсчета для оценки субъектом самого себя и других людей, рассматриваются как референтный круг общения, или референтная группа. Человек ориентируется на оценку своих поступков, своих личностных качеств, существенно важных обстоятельств деятельности, предмета личных интересов и т. д. со стороны его референтной группы. Даже в том случае, когда индивид не располагает информацией об оценке его персоны со стороны референтной группы, он не может не строить предположений о возможном ее мнении. Для того чтобы нормы и ценности референтной группы оставались постоянно действующим ориентиром для индивида, ему необходимо постоянно соотносить с ними свое реальное поведение. Из множества окружающих людей он избирает тех, кого наделяет особым субъективно важным для него качеством, особой характеристикой — референтностью.

Референтность обнаруживается в ситуации, когда определяется отношение субъекта к значимым для него объектам (целям и задачам деятельности, а также объективным трудностям их осуществления, конфликтным ситуациям, личным качествам участников совместной деятельности, в том числе и его самого, и т. д.).

Соотнесение субъекта и объектов ориентации осуществляется путем обращения к ценностным ориентациям другого лица, другого или других членов коллектива. Значимый “другой” становится своего рода зеркалом, в котором отражается сам индивид и все, что его окружает. Естественно, что члены группы в различной мере обладают референтными качествами, и это обстоятельство объясняет направленность выбора, большую предпочтительность одних и меньшую — других

Предпочтительность по признаку референтности существенно отличается от предпочтительности в социометрии. Референтность лежит в более глубоких слоях внутригрупповой активности, опосредствуемой ценностями, принятыми в данном коллективе. Индивид получает возможность не только воспринять окружающий мир сквозь призму ценностных ориентации (убеждения, взгляды, мнения) его товарищей, но также откорректировать благодаря этому свое отношение к окружающему, лучше понять и оценить себя. В условиях общения со своим референтным кругом личность как субъект познания становится объектом самопознания, осознанно или неосознанно выделяя индивидов, способных оценить ее по параметрам, которые она сама рассматривает в качестве важнейших.

Таким образом, рассматривать выборность и предпочтительность в группе исключительно с социометрических позиций — значит явно обеднить трактовку межличностных отношений и сущность внутригрупповой дифференциации, игнорировать деятельностный подход к групповым процессам и пониманию личности в группе. Без учета референтной предпочтительности психология межличностных отношений оказывается крайне суженной.

Итак, у каждого человека есть своя референтная группа, с требованиями которой он безусловно считается, на мнение которой он ориентируется. Как правило, это не одна группа, а некоторая их совокупность. У одного школьника такой референтной группой может оказаться семья и вместе с тем компания ребят со двора, гимнастическая секция в спортивном обществе, а также товарищ отца, а у другого юноши референтная группа — это его класс, учителя и два приятеля, увлеченные филателисты.

Хорошо, если требования, ожидания, интересы, идеалы и все прочие ценностные ориентации всех референтных для данной личности групп более или менее совпадают или оказываются близкими и, что особенно важно, связаны с общественно значимыми целями и идеалами. Однако нередко бывает так, что компания подростков одобряет и всячески поддерживает такие оценки, интересы, поступки и желания школьника, которые являются совершенно неприемлемыми для семьи, идут вразрез со всем тем, на что его ориентируют родители. Между тем мальчик считается и с теми и с другими. В результате личность, принадлежащая двум противоположно направленным референтным группам, переживает тяжелый внутренний конфликт. Только понимание воспитателем природы этого конфликта облегчает пути его преодоления.

Ориентацией на позицию референтной группы, которая остается скрытой, неизвестной воспитателю, объясняются нередко встречающиеся факты решительного безразличия ребенка ко всему, что дорого, важно, значимо, например, для семьи или для класса. “Он ни с чем не считается, для него нет никаких авторитетов, на него никто не в состоянии повлиять”, — утверждает в беседе с учительницей мать мальчика, и педагог иной раз соглашается с такой точкой зрения, которая может оказаться серьезной психологической и педагогической ошибкой. Нельзя этого утверждать, пока не выяснено наличие возможных влиятельных референтных групп, исподволь формирующих негативистскую позицию личности в отношении семьи и школы.

Для выявления факта референтной предпочтительности используется особый методический прием, разработанный в советской психологии, — референтометрия.

Идея референтометрии состоит в том, чтобы, с одной стороны, дать возможность испытуемому ознакомиться с мнением любого члена группы по поводу заранее отобранных и несомненно значимых объектов (в том числе с оценкой его, испытуемого, личных качеств), а с другой — строго ограничить количество таких избираемых лиц. Это вынуждало испытуемых проявлять высокую степень избирательности к кругу лиц, чье мнение и оценка его привлекали раньше всех других.

Исследование явлений референтности с помощью референтометрической процедуры привело к весьма интересным результатам. Начать с того, что они полностью подтверждают гипотезу о наличии в каждом коллективе особой системы предпочтений и выборов, основанием которой является признак референтности. Эта система связей обладает теми же формальными характеристиками, что и социометрическая. Референтометрическая процедура весьма оперативна и портативна, она дает представление о статусной структуре (кто есть кто в группе), взаимности предпочтений или ее отсутствии, открывает возможность выявления мотивационного ядра выбора, а также проведения так называемого аутореферентометрического эксперимента (где испытуемый прогнозирует свое место в системе выборов), позволяет осуществлять математическую обработку данных, выражать их графически, составлять карты и матрицы выборов и. т. д. Но, в отличие от социометрической сети, основанием выбора оказываются не симпатии или антипатии, а ценностный фактор.

Ценности, которые составляют глубинный фундамент социально значимой деятельности коллектива, образуют вместе с тем основание для внутригрупповой предпочтительности и выбора по признаку референтности. Это, безусловно, более содержательная характеристика групповой дифференциации по сравнению с социометрией. Если последняя позволяет дать пунктирный абрис межличностных отношений к группе как некой общности, где связи являются внешними и преимущественно эмоциональными (хочу быть с ним — не хочу быть с ним, он мне нравится — он мне не нравится), то психологическое изучение коллектива, где отношения между его членами содержательно опосредствованы, с необходимостью требует учета показателей референтности.

Выяснив в референтометрическом тесте значимый для интересующего нас субъекта (или субъектов) круг лиц, с мнением и позицией которых он (или она) усматривают необходимость считаться, психолог может подсказать педагогу цели для избирательного воспитательного воздействия. Педагогическое воздействие на индивида, который является референтным для тех, кто наделяет его этим качеством, позволяет оказывать косвенное, но достаточно сильное влияние на всю данную группу лиц. Не исключено, что это один из путей к преодолению ложной, но тем не менее имеющей место альтернативы фронтального (работать со всем классом) и индивидуального (работать с каждым учеником в отдельности) подхода при воспитательном воздействии.

Всякая групповая структура представляет собой своеобразную иерархию престижа и статусов членов группы, где верхушку образуют референтометрически и социометрически избираемые лица, а аутсайдерами оказываются нереферентные и социометрически отвергаемые индивиды. Вершину этой иерархической лестницы занимает лидер группы.

Лидер — это личность, за которой все остальные члены, группы признают право брать на себя наиболее ответственные решения, затрагивающие их интересы и определяющие направление и характер деятельности всей группы. Таким образом, лидер — это наиболее референтное лицо в группе применительно к ее важнейшим проблемам. Лидер может быть, а может и не быть социометрической “звездой” — он может и не вызывать личной симпатии у окружающих, но если он лидер, то референтность его для них бесспорна. Лидер может быть, а может и не быть официальным руководителем группы. Оптимальным является случай совпадения лидера и руководителя в одном лице. Если же такого совпадения нет, то эффективность деятельности группы зависит от того, как сложатся отношения между официальным руководителем (например, старостой класса) и неофициальным лидером или лидерами.

В подростковом возрасте особо обостряются требования и ожидания, которые предъявляют друг другу школьники в системе межличностных отношений. В этих обстоятельствах лидер коллектива старшеклассников часто является эталоном, с помощью которого все другие оценивают свои и чужие поступки, наиболее референтным лицом в классе. Иногда педагоги и родители исходят из предвзятого мнения, что положение лидера в классном коллективе занимают отличники учебы. Если для этого заключения есть определенные основания, когда речь идет об учениках младших классов, то в старших классах прямая зависимость между статусами отличника и лидера коллектива не прослеживается. Сама по себе хорошая учеба вызывает уважение, но положение лидера среди одноклассников отличник приобретает лишь в том случае, если он активно содействует учебной деятельности своих соучеников, что в особенности заметно проявляется при организации систематической коллективной учебной работы на уроке.

Лидер классного коллектива выступает для товарищей как носитель личностных качеств, становящихся образцом и ориентиром для подражания и следования. При этом личностные качества лидера отвечают ценностям, которые принимаются и признаются в данной возрастной группе. Экспериментально установлено, что старшеклассники оценивают своих ровесников в связи с теми качествами, которые не только признаются особо ценными в этом возрасте, но и являются у них самих слабо развитыми или вовсе отсутствующими. Обладающие подобными качествами товарищи оказываются наиболее влиятельными и имеют наибольшие основания обрести авторитет, стать лидерами классного коллектива.

“Ходили мы с ним в лес за березовым соком. Я поранил ногу так, что не мог идти. Он не задумываясь взял меня на плечи и понес к выходу из леса. И, выбиваясь из последних сил,, он все-таки донес меня... Был у нас классный вечер. Все шло прекрасно. Но когда ребята уже стали расходиться, к одной девочке пристали пьяные. Кто первый заступился за девочку? Соловьев”.

“...Я хочу быть похожей на Валю. Мне не хватает ее ясности, целеустремленности в жизни. Но когда она рядом, она всегда помогает мне трезво оценить происходящие события” (из сочинений учащихся).

Система официального руководства классным коллективом (староста, комсорг и другие лица, ответственные за отдельные участки общественной работы) может совпадать или не совпадать с распределением в нем неофициального авторитета и выдвижением неофициальных лидеров. Если межличностные отношения в конечном счете подчинены общей цели, наличие лидеров неофициальных групп может не только не мешать, но даже помогать коллективу. Так, обычно в классе, представляющем группу из 30 — 40 учеников, помимо старосты и комсорга, бывает несколько лидеров, вокруг которых образуется ряд неофициальных групп. Зная реально сложившиеся в них межличностные отношения, педагог должен суметь сориентировать эти взаимодополняющие друг друга группы в одном направлении. Противоречия, возникающие между отдельными группами, опытный педагог всегда сумеет использовать в качестве движущей силы развития коллектива в целом.

Иное дело, если цели деятельности отдельных групп перестают быть подчиненными общей цели класса и замыкаются внутри этих групп. Тогда коллектив класса, по существу, заменяется рядом групп, у которых не только лидеры, но и все члены вступают в более или менее антагонистические межличностные отношения. Если педагог это вовремя заметит, он сумеет изменить межличностные отношения, и коллектив, который начал распадаться, вновь сплотится.